Молчание
Я мал и неказист, а вы смеетесь, леди!
Я слаб и одинок, а вам смешно, милорд!
Вы с воплями восторга пришли к победе,
И я уже не царь, а следственно, не горд.
Вы привели меня в свой серый мир, в котором
Родня друг друга рвет за золото и трон.
В темнице вековой за бархатною шторой
Таюсь, ваш личный раб, я, маленький дракон.
Как одиноки дни, когда вас рядом нету,
Когда забыли все и не дают поесть,
Но хуже во сто крат, когда ведут к обеду,
И на полу в углу приказывают сесть.
Тогда «честной народ» смеется надо мною,
Кидает мне еду и гладит меж ушей,
И хочется сказать им: «Дайте мне покоя,
А лучше в темный лес прогнали бы взашей…»
Но вечером меня опять обвесят медью
И поведут в покой спиртовок и реторт…
Я умереть хочу, а вы смеетесь, леди!
Я ненавижу вас, а вам смешно, милорд!
Я слаб и одинок, а вам смешно, милорд!
Вы с воплями восторга пришли к победе,
И я уже не царь, а следственно, не горд.
Вы привели меня в свой серый мир, в котором
Родня друг друга рвет за золото и трон.
В темнице вековой за бархатною шторой
Таюсь, ваш личный раб, я, маленький дракон.
Как одиноки дни, когда вас рядом нету,
Когда забыли все и не дают поесть,
Но хуже во сто крат, когда ведут к обеду,
И на полу в углу приказывают сесть.
Тогда «честной народ» смеется надо мною,
Кидает мне еду и гладит меж ушей,
И хочется сказать им: «Дайте мне покоя,
А лучше в темный лес прогнали бы взашей…»
Но вечером меня опять обвесят медью
И поведут в покой спиртовок и реторт…
Я умереть хочу, а вы смеетесь, леди!
Я ненавижу вас, а вам смешно, милорд!
Друг